Что делать, когда близкий человек пьет или употребляет наркотики? Часть 4

Что делать, когда близкий человек пьет или употребляет наркотики? Часть 4

4.В чем и как проявляется созависимость?

 

Напомним определение созависимости, данное в Часть2:

Созависимость – это психологическое  страдание родственников и близких зависимых людей, для которого характерно глубокая поглощенность контролем над поведением зависимого человека и отказом от себя. /Бочаров С.И./

В чем и как проявляются страдания созависимых?

1.Желания и потребности

    Первое. Страдания созависмых проявляются в невозможности удовлетворять свои желания и потребности. И в этом списке на первом месте стоит желание – сделать так, чтобы близкий человек прекратил употребление алкоголя или наркотиков.

     В случае употребления наркотиков,  созависимый однозначно ратует за полное прекращение их употребления зависимым.  В случае употребления алкоголя, часто желаемой целью является – чтобы перестал пить много и постоянно и начал пить «как все» - в меру, по праздникам и по значимым случаям. Такая постановка вопроса создает неблагоприятную ситуацию, как для зависимого, так и для созависимого. Если у члена семьи сформирована алкогольная зависимость, то решение об освобождении от нее возможно только путем  погашения алкогольной зависимости и полного прекращения употребления алкоголя на всю оставшуюся жизнь. Попытки добиться сокращения приема алкоголя приводят лишь к самообману, затягиванию решения проблемы и только усиливают страдания в результате постоянно неоправдывающихся надежд: «Ну, сколько можно? Ты же обещал! И опять напился!!!». В итоге у членов семьи вера в возможность решения проблемы алкоголизма их близкого теряется, они вынуждены смирится с ситуацией. В этом случае они теряют возможность решения проблемы там, где это было возможно только из-за того, что неверно поставлена цель.

    Созависимые — это контролирующие близкие. Они верят, что в состоянии контролировать все. Чем более неопределенной и непредсказуемой является ситуация дома, тем больше усилий они прилагают по ее контролю. Думая, что могут сдерживать употребление алкоголя и наркотиков близкого, контролировать восприятие других через производимое впечатление, им кажется, что окружающие видят их семью такой, какой они ее изображают. Созависимые уверены, что лучше всех в семье знают, как должны развиваться события и как должны себя вести другие члены. Созависимые не позволяют себе быть самими собой и пытаются не позволять другим быть самими собой.

    Для контроля над другими, созависимые используют разные средства — угрозы, уговоры, принуждение, советы, подчеркивая тем самым беспомощность окружающих ("муж без меня пропадет").

Все их действия обречены на неудачу и получили название бесплодных подходов

Второе. Созависимым приходится отказываться от удовлетворения целого ряда своих собственных желаний и потребностей: провести выходной день всей семьей вместе, совершить какие-либо важные необходимые покупки, наконец, провести свободное время как хочется.

Зависимость члена семьи мешает реализовывать созависмым членам базовые психологические потребности: потребность в безопасности, в свободе и независимости, аффилитивную потребность, потребности в самореализации, в самоуважении и др.

 

Что делать когда близкий человек пьет или употребляет наркотики Часть 4

2.Чувства

    Многие поступки созависимых мотивированы страхом, который является основой развития любой зависимости. Страх столкновения с реальностью, страх потерять ребенка, мужа, брата, страх быть брошенной, страх, что случится самое худшее, страх потери контроля над жизнью и т. д. Когда люди находятся в постоянном страхе, у них появляется прогрессирующая тенденция к ригидности тела, духа, души.

Ригидность – это свойство личности не менять своих мыслей, установок, чувст, действий при изменении внешних условий и обстоятельств, т.е. придерживатся старых «правил», невзирая на то, что мир изменился и стал другим.

    Страх сковывает свободу выбора. Страх препятствует изменениям, которые требуют мужества. Мир, в котором живут созависимые, давит на них, неясен им, полон тревожных предчувствий, ожиданий плохого. В таких обстоятельствах созависимые становятся все более ригидными и усиливают свой контроль. Они отчаянно пытаются сохранить иллюзию построенного ими мира.

Контроль над поведением зависимого как стратегия борьбы с собственным  страхом не может привести к победе над ним,  отсюда рождается глубокая поглощенность контролем над поведением зависимого человека.

     Помимо страха и тревоги  у созависимых могут преобладать в эмоциональной сфере и другие чувства: чувство безысходности, подавленность, стыд, вина, затянувшееся отчаяние, негодование, обида, злость, гнев и даже ярость.

    Попытка взять под контроль практически неконтролируемые события часто приводит к депрессиям. Невозможность достичь цели в вопросах контроля созависимые рассматривают как собственное поражение и утрату смысла жизни. Повторяющиеся поражения усугубляют депрессию.

        У многих женщин вначале алкоголизации семьи начинает появляться обида на пьющего мужа. Обида появляется по двум причинам. Во-первых, потому что все чаще и чаще женщина начинает осознавать, что муж ее променял на алкоголь. Второй причиной обиды является унижение женщины во время алкогольного опьянения мужа, когда границы приличия стираются и начинаются оскорбления и негативные высказывание в адрес супруги того, что обычно замалчивается в трезвом виде. Со временем чувство обиды усиливается, начинает ощущаться как душевная боль, жить с которой становится невыносимо.

    Облегчение душевной боли приносит проявление эмоций гнева. То, что жена не позволяла делать себе с самого начала – проявлять свой гнев и негодование по поводу первых выпивок мужа, теперь становится допустимым и желаемым. Созависимая жена хочет видеть себя доброй, любящей, но на самом деле испытывает чувство негодования, раздражения, злости, ярости по поводу пьянства мужа.

Но боясь утратить контроль над ситуацией, созависимые сами попадают под контроль событий или своих близких, имеющих наркотическую или алкогольную зависимость. Например, жена алкоголика увольняется с работы, чтобы контролировать поведение мужа. Алкоголизм мужа продолжается, и фактически именно алкоголизм контролирует ее жизнь, распоряжается ее временем, самочувствием и пр.

Гнев занимает большое место в жизни созависимых. Созависимые стараются подавить свой гнев, но это не приводит к облегчению, а лишь усугубляет состояние. В связи с этим, созависимые могут много плакать, длительно болеть, совершать отвратительные поступки для сведения счетов, проявлять враждебность и насилие. Созависимые считают, что их "заводят", вынуждают злиться, и поэтому они наказывают за это других людей.

Вина и стыд — часто присутствуют в их психологическом состоянии. Они стыдятся как собственного поведения, так и поведения своих близких, страдающих зависимостью, поскольку у созависимых нет четких границ личности. Стыд может приводить к социальной изоляции, чтобы скрыть "позор семьи", созависимые перестают ходить в гости и приглашать людей к себе.

    Есть, однако, еще одна характерная особенность эмоциональной сферы — обнубиляция чувств (затуманивание, неясность восприятия) либо даже полный отказ от чувств, вытеснение или подавление чувств. По мере длительности стрессовой ситуации в семье у созависимых растут: переносимость эмоциональной боли и толерантность негативных эмоций. Способствует росту толерантности такой механизм эмоционального обезболивания, как отказ чувствовать, потому что чувствовать слишком больно.

Жизнь созависимых протекает так, как будто и не воспринимается всеми чувствами. У них как бы утрачены навыки распознаваниями понимания своих чувств. Они слишком поглощены удовлетворением желаний других людей. И как отмечено выше в определении созависимости, -  созависимость — это в том числе отказ от себя. Созависимые даже думают, что не имеют права на свои чувства, они готовы отречься от своего чувственного опыта.

    Кроме того, что созависимые утратили естественную связь со своими чувствами, они еще привыкли к искажению чувств. Они усвоили, что можно испытывать лишь приемлемые чувства.

Негативные чувства в силу своей интенсивности могут генерализовываться и распространяться на других людей, в том числе на психотерапевта. Легко возникает ненависть к себе. Сокрытие стыда, ненависти к себе могут выглядеть как надменность и превосходство (еще одна трансформация чувств).

В силу всего сказанного о чувствах созависимых следует, что освобождение от созависмости может произойти только в том случае, если созависимый освободится от всех своих негативных чувств. Это второй  крупный шаг в деле освобождения от созависимости после отказа от бесплодных подходов. Естественно, что сами созависимые  не смогут справиться с проявлением этих негативных чувств, что требует прохождения курса психотерапии освобождения от негативных эмоций.

Более подробно о чувствах созависимых можно прочитать здесь - /1/.

 

3.Мысли, убеждения, верования и ценности созависимых

   Обычно в системе ценностей созависимых на первом месте стоит зависимый человек, потом его родственники, потом все остальные и все остальное. Характерно для системы ценностей созависимых то, что они сами в ней отсутствуют или занимают в ней не первые позиции.

    Вот пример иерархии системы ценностей одной из женщин, страдающей созависимостью от сына алкоголика:

1.Сын

2.Дочери

3.Моя мама

4.Муж

    Содержание мыслей созависимых: Я должен(на) сделать все для того, чтобы мой сын(муж, дочь) прекратили употребление алкоголя или наркотиков и вернулись к нормальной жизни. Я не должен(на) дать погибнуть моему сыну(мужу, дочери)

    Созависимые используют, практически,  все формы психологической защиты: рационализацию, минимизацию, вытеснение и пр., но более всего отрицание.

Чаще всего созависимые используют отрицание, но это не означает, что все созависимые и всегда пользуются этой формой психологической защиты. Часто в начале развития зависимости у члена семьи они склонны игнорировать проблемы или делать вид, что ничего серьезного не происходит ("просто вчера опять он пришел пьяный"). Они как будто уговаривают себя в том, что завтра все будет лучше. Порою созависимые постоянно заняты чем-то, чтобы не думать о главной проблеме. Они легко обманывают себя, верят в ложь, верят всему, что им сказали, если сказанное совпадает с желаемым. Самым ярким примером легковерия, в основе которого лежит отрицание проблемы, является ситуация, когда жена больного алкоголизмом продолжает десятилетиями верить, что он бросит пить и все само собой изменится. Они видят только то, что хотят видеть, и слышат только то, что хотят слышать.

Отрицание помогает созависимым жить в мире иллюзий, поскольку правда настолько болезненна, что они не могут ее вынести. Отрицание — это тот механизм, который дает им возможность обманывать себя. Нечестность даже по отношению к себе — это утрата моральных принципов, ложь неэтична. Обман себя — это деструктивный процесс как для самого индивида, так и для других. Обман — форма духовной деградации.

Механизм отрицания проблем по отношению к зависимому используется не всегда. Но механизм отрицания проблем собственной созависмости используется почти всегда. Созависимые отрицают у себя наличие признаков созависимости.

Именно отрицание мешает мотивировать их на преодоление собственных проблем, попросить помощи, затягивает и усугубляет  зависимость у близкого, позволяет прогрессировать созависимости и держит всю семью в дисфункциональном состоянии.

Если созависимые обращаются  за психологической помощью, они легко отклоняют помощь психолога в отношении себя и стараются «помогать» психологу повлиять на зависимого члена семьи.

Системы убеждений и представлений о себе самом приводит к обесцениванию себя и заниженной самооценке. Формирует комплексы неполноценности и жертвы.

      Низкая самооценка — это основная характеристика созависимых, на которой базируются все остальные. Отсюда вытекает такая особенность созависимых, как направленность вовне. Созависимые полностью зависят от внешних оценок, от взаимоотношений с другими, хотя они слабо представляют, как другие должны к ним относиться. Из-за низкой самооценки созависимые могут постоянно себя критиковать, но не переносят, когда их критикуют другие, в этом случае они становятся самоуверенными, негодующими, гневными. Созависимые не умеют принимать комплименты и похвалу должным образом, это может даже усиливать у них чувство вины, но в то же время у них может портиться настроение из-за отсутствия такой мощной подпитки своей самооценки, как похвала, "словесные поглаживания" по Э. Берну. В глубине души созависимые не считают себя достаточно хорошими людьми, они испытывают чувство вины, когда тратят на себя деньги или позволяют себе развлечения.

Они говорят себе, что ничего не могут делать как следует из-за боязни сделать ошибку. В их сознании и лексиконе доминируют многочисленные "я должна", "ты должен", "как я должна вести себя с моим сыном?" Созависимые стыдятся наркомании сына или алкоголизма мужа, но также стыдятся и самих себя.

Низкая самооценка движет ими, когда они стремятся помогать другим. Не веря, что могут быть любимыми и нужными, они пытаются заработать любовь и внимание других и стать в семье незаменимыми.

В практике работы с созависимыми не раз приходилось слышать, от жен и матерей наркозависимых  и алкогольнозависимых людей: "Хочу спасти мужа, хочу спасти сына". Созависимые любят заботиться о других, часто выбирая профессии врача, медсестры, воспитательницы, психолога, учителя. Забота о других перехлестывает разумные и нормальные рамки. Соответствующее поведение вытекает из убежденности созависимых в том, что именно они ответственны за чувства, мысли, действия других, за их выбор, желания и нужды, за их благополучие или недостаток благополучия и даже за саму судьбу. Созависимые берут на себя ответственность за других, при этом совершенно безответственны в отношении собственного благополучия (плохо питаются, плохо спят, не посещают врача, не удовлетворяют собственных потребностей).

    Спасая зависмого, созависимые лишь способствуют тому, что он продолжает употреблять алкоголь или наркотики. И тогда созависимые злятся на него. Попытка спасти никогда не удается. Это всего лишь деструктивная форма поведения и для зависимого, и для созависимого.

     Вот что пишут по этому поводу в работе /2/: «Желание спасти больного так велико, что созависимые делают и то, что в сущности не хотят делать. Они говорят "да" тогда, когда им хотелось бы сказать "нет", делают для близких то, что те сами могут сделать для себя. Они удовлетворяют нужды своих близких, когда те не просят их об этом и даже не согласны, чтобы созависимые это для них делали. Созависимые больше отдают, чем получают в ситуациях, связанных с алкогольной или наркотической  зависимостью близкого. Они говорят и думают за него, верят, что могут управлять его чувствами и не спрашивают, чего хочет их близкий. Они решают проблемы другого, а в совместной деятельности (например, ведение домашнего хозяйства) делают больше, чем им следовало бы делать по справедливому разделению обязанностей.

Такая "забота" о зависимом предполагает некомпетентность, беспомощность и неспособность его делать то, что делает за него созависимый близкий. Все это дает основание созависимым чувствовать себя постоянно нужными и незаменимыми.

"Спасая" зависимого человека, созависимые неизбежно подчиняются закономерностям, известным под названием "Драматический треугольник С. Карпмана" или "Треугольник власти" или «Треугольник Судьбы».

Треугольник Карпмана

     «Треугольник Карпмана» - это модель, которая достаточно точно описывает то, что происходит в отношениях зависимых и созависимых людей.

В «Треугольнике Карпмана» выделяют:

  • роль «спасителя»;
  • роль «преследователя»;
  • роль «жертвы».

    Созависимые, как правило, начинают с роли спасителя. Мотивирует их на это избегание дискомфорта, который возникает по причине употребления алкоголя или наркотиков зависимым членом семьи.  Их страшит также перспектива негативного будущего зависимого.  Вместо того, чтобы говорить: "Это очень плохо, что у тебя такая проблема. Чем я могу тебе помочь?", созависимые говорят: "Я здесь. Я это сделаю за тебя".

                                                                     Рис.Треугольник Карпмана

    Через некоторое время спаситель убеждается в том, что ему не удается спасти зависимого и тогда у него формируется мотив превратиться в преследователя – прибегать к жестким санкциям против зависимого, например, предъявление ультиматума, принудительное лечение, вызов полиции во время пьяного дебоша и др. Созависимый говорит: «Не хочешь по хорошему, будет по плохому».

В конце концов, созависмый понимает, что жесткие меры приводят только к временным результатам и к ухудшению отношений с зависимым и… «бросает весла». После чего, признаются в своем бессилии и принимают роль жертвы.

Вот что пишут в /3/ о роли жертвы:

«Третья роль созависимого — роль жертвы. Созависимый-«жертва» заявляет о себе примерно так: «С вами говорит самая несчастная мать. Я пожилой человек, собираю милостыню у магазина, а он все отбирает и пропивает, я ночую у соседей». Как правило, через несколько фраз созависимая мать добавляет: «Он у меня такой замечательный, красавец, превосходный специалист, золотые руки».

Такая созависимая мать потворствует зависимости сына, на самом деле не предпринимая никаких действий для помощи ему. А необходимые действия - это отправка алкоголика в милицию на 15 суток, размен жилья, прекращение контактов с чудовищем, в которое превратила сына, пока он не станет на путь избавления».

     Сдвиг ролей в треугольнике сопровождается не только изменением поведения, происходит  изменение эмоций, причем довольно интенсивных. Время пребывания созависимого человека в одной роли может варьировать в широких пределах – от нескольких секунд до нескольких лет.

    Важно понять, что созависимый человек становится жертвой,  именно по причине добровольного принятия роли спасителя. И для того, чтобы не стать жертвой, необходимо сознательное непринятие роли спасителя. Именно этот мотив – принятие роли спасителя, превращает человека в жертву. И без этого невозможно стать созависимым.

Роль избавителя -  наименее очевидная роль. В условиях треугольника Карпмана, избавитель — это не тот, который помогает кому-то в чрезвычайной ситуации/4/.

«Это тот, кто имеет смешанный или скрытый мотив, который на самом деле эгоистично выгоден «тому, кто спасает». Избавитель имеет лежащий на поверхности мотив решения проблемы, и, кажется, прилагает большие усилия для её решения. Однако он имеет и скрытый мотив к неразрешению ситуации, или к достижению успеха таким образом, который выгоден для него. Например, он может испытывать чувство самоуважения, или ощущать статус «спасителя», или наслаждаться, видя, что от него кто-то зависит или кто-то ему доверяет. И будет казаться, что он действует из желания помочь, но на более глубоком уровне он играет с жертвой, чтобы продолжать получать свой выигрыш. Как сказал трансактный аналитик Клод Штайнер:

... Жертва на самом деле не так беспомощна, как себя чувствует; Избавитель на самом деле не помогает, а Преследователь на самом деле не имеет обоснованных претензий.

Пара «избавитель- жертва» перемещается по треугольнику Карпмана,  принимая различные роли.

     Скрытая цель для каждого игрока и причина пребывания в ситуации в том, что каждый удовлетворяет их невысказанные (и часто бессознательные) психологические желания/потребности таким образом, который они считают приемлемым. При этом они не хотят признавать то, что в стратегическом плане эта ситуация принесет им вред. Таким образом, каждый игрок действует из своих  потребностей, а не из истинной ответственности или альтруистичности. Так кто-нибудь «как обычно приходит в роли печальной жертвы; и теперь ясно, что она может „случайно“ стать преследователем, и ещё и извиниться за это».

     В трансактном анализе, треугольник судьбы иногда упоминается в контексте интеллектуальных игр — «бессознательные игры играют невинными людьми». Например, такие: Почему бы Вам не/Да, но; Если бы не Вы; Почему это всегда случается со мной?; Посмотрите, что Вы мне сделали; Это Вы втянули меня в это; Посмотрите, как тяжело мне было; Я просто пытаюсь Вам помочь; А давайте Вы и он подерётесь.  Избавитель поддерживает жертву в её зависимости от себя, играя в её жертвенность. Жертва получает удовлетворение своих потребностей, имея избавителя, который о ней заботится.

 

     Игра в избавителя отличается от подлинного спасителя в чрезвычайной ситуации, например, от пожарного, который спасает жертву из горящего здания, или от спасателя, который спасает тонущего человека. В роли, в попытках избавителя есть что-то нечестное или невысказанное, или, в лучшем случае, смешанный мотив или тяга к тому, чтобы быть спасителем и иметь жертву, которой можно помочь. На самом деле, «игра Треугольник Карпмана тормозит реальное решение проблем и приносит путаницу и страдания, а не решения».

Драматический избавитель играет свою роль в основном из-за того, что он вынужден спасать, чтобы избежать взгляда на свои собственные тревожности и скрытые чувства, поскольку жертва нуждается в их участии, как и в случае пожарного/спасателя.

По словам Эрика Берна /5/, драматический  избавитель играет в „Я только пытаюсь Вам помочь“, в то время как вторые на самом деле помогают людям».

Осознание этой истины дается созависимому сложнее всего. Но без этого осознания не возможен успех в деле формирования мотивации на отказ у самого созависимого.

Созависимому трудно осознать, что  в попытках избавителя есть что-то нечестное или невысказанное, или, в лучшем случае, смешанный мотив или тяга к тому, чтобы быть спасителем и иметь жертву, которой можно помочь. Им самим их намерения кажутся благородными и альтруистическими. Истинные мотивы могут быть так глубоки и неосознаваемы, что им просто не верится в подобное.

 

4.Болезни, вызванные стрессом

     Жизнь созависимых часто приводит к появлению у них заболеваний психосоматического происхождения. Это появление головных болей, тахикардия, аритмия, нейроциркуляторная дистония, астма,  язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, колиты и др. Созависимые легче, чем другие люди, становятся зависимыми от алкоголя либо от транквилизаторов.

Они страдают от того, что пытаются контролировать то, что в принципе не поддается контролю (чью-то жизнь). Созависимые много работают. Они содержат в порядке вещи. Много сил тратят на то, чтобы выжить, из-за чего у них развивается функциональная недостаточность. Появление психосоматических заболеваний свидетельствует о прогрессировании созависимости.

Оставленная без внимания, созависимость может привести к тяжелым заболеваниям сердечнососудистой системы, онкологии и даже к смерти из-за действия психосоматического фактора и невнимания к собственным проблемам.

    Таким образом, проявления созависимости довольно разнообразны. Они касаются всех уровней системы «Человек», его мотивационной сферы, мировоззрения, системы убеждений, верований и ценностей,  психической деятельности, эмоциональных переживаний, поведения человека, а также физического здоровья.

 

Литература и источники:

1. Москаленко В.Д., Зависимость:семейная болезнь. 2-е изд., перераб. и доп. – М.:ПЕР СЭ,2004. – 336 с.

2.  Москаленко В.Д., Созависимость: характеристики и практика преодоления. – б.м. : [б.и.]. – 46 с. 

3. Огородников А., Газета «Страна здоровья», № 1(3), февраль 2010

4. Википедия – Треугольник Карпмана https://ru.wikipedia.org/wiki/Треугольник_Карпмана

5. Берн Э., Игры, в которые играют люди. - Фаир – Пресс, 2003. – 480 с.


Бочаров Сергей Иванович
Вернуться к списку
Гость

Комментарий:

Ничего не найдено